НОВОСТИ ФОРУМА:
29/09
Опрос о нововведениях
31/08
Сюжетная ветка Серых Стражей
24/07
Организационные новшества
29/06
Сюжет и перспективы участия
28/04
Весенние обновления
22/03
Кто нужен & Что играть.
27/01
Открытие форума!
Кого спросить?


Добро пожаловать в Тедас!
Сюжет нашей игры разворачивается через пять лет после закрытия Бреши, в 9:47 Века Дракона.
Тедас снова оказался на грани войны всех против всех, страны терпят внутренние конфликты, а ордены и гильдии разваливаются на глазах. Возможно ли сохранить мир?

Dragon Age: final accord

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: final accord » Там лежит Бездна » Друзья в плодородных краях [Драконис 9:47]


Друзья в плодородных краях [Драконис 9:47]

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

ДРУЗЬЯ В ПЛОДОРОДНЫХ КРАЯХ
[html]<center><img src="http://s7.uploads.ru/P87pV.png" class="illust_ep"></center>[/html]
Долгой дорогой гонец отправленный с посланием к последнему известному месту обитания Фенриса все же находит своего адресата. Как поступит старинный друг с радушным приглашением? Скрывает ли принц какие-то иные цели за гостеприимством и обеспокоенностью судьбой товарища? Это предстоит выяснить.

Дата событий:

Место событий:

Вторая половина дракониса 9:47 ВД

Старкхевен, Вольная Марка

Себастьян Ваэль (ГМ), Фенрис, Фейнриэль, Изабель Тернсо
Вмешательство: обсуждаемо с ГМ-ом

+2

2

Дорогой друг,
не знаю где и при каких обстоятельствах настигнет тебя это письмо.
Однако верю, что удача сопутствовала тебе, на избранном пути и гонец все же отыщет тебя здоровым и невредимым.

Много чего случилось и со мной за время что мы не виделись. Я предпочел бы рассказать о том при личной встрече. Так же как и ты, я оставался верен своим целям и непреклонен в их достижении, как и по сей день. Слава Пророчице, все складывается благополучно для родного Старкхевена, эти края слывут, без лишней скромности, процветающими и наиболее безопасными по обе стороны Минантера. Немало в том и твоей личной заслуги.

Ты знаешь, не в моих правилах бахвалиться почем зря, так почему бы тебе не приехать и не увидеть все собственными глазами.
Надеюсь, ты сумеешь отыскать немного времени, чтоб навестить своего старого товарища, а у меня появится возможность лично представить тебе еще одну важную в моей жизни, и судьбе этого полиса, фигуру.

С наилучшими пожеланиями и ожиданием скорейшей встречи.
Себастьян.

[icon]http://sd.uploads.ru/bBQg6.png[/icon][nick]Себастьян Ваэль[/nick]

+3

3

Фенрис не любил верховой способ передвижения. В большей степени потому, что для коней эльфы были легковаты и управлять животным было крайне сложно. От постоянного напряжения — невероятно болели ноги. "Уж лучше бы пешком", — кисло думал каждый раз, слезая с коня перед ночлегом, эльф. Но им надо было срочно добраться до Киркволла, а значит... а значит только лошади. Впрочем, Фен'Харел тоже был недоволен фактом использования лошадей. Во-первых, они совершенно точно не жаждали с ним общаться (и уж тем более играть), а, во-вторых, бежать за лошадью было крайне утомительно. Мабари то и дело свешивал длинный язык на бок и укоризненно смотрел на двуногих.

Путешествие с магом оказалось... удивительно спокойным. Фейнриэль, если не молчал, то всегда находил некую нейтральную тему для беседы, для поддержания которой у Фенриса хватало знаний. Так и проходили их конные дни: в беседах обо всем и ни о чем одновременно, и в удивительно спокойном молчании. Это эльфа устраивало.

Возле Киркволла было несколько деревушек, где можно было отдохнуть и пополнить припасы. Загонять коней не было нужды, погоня за ними, после их орлейских приключений, так и не началась, хотя маг по началу очень забавно дергался от каждого шороха. За этим было смешно наблюдать, но все свои комментарии Фенрис держал при себе. Пару раз на них налетали разбойничьи ганзы, которые видимо решали, что два путника и собака — это очень легкая добыча. Эльфу оставалось только надеяться, что нарвавшись именно на них, уцелевшие разбойники завяжут с преступной стезей, или хотя бы просто станут осмотрительней (не могли же они постоянно принимать мага за фермера с лопатой?).

Деревня, в которой они собирались остановится на ночлег, называлась, кажется, Лотта. Фенрис здесь был в последний раз очень давно, много лет тому назад, когда тайком (иначе не скажешь) пробирался к Киркволлу, передвигаясь в основном по ночам, опасаясь идущих по пятам охотников. Все, что помнил о деревушке эльф, так это то, что в местной таверне была не дырявая крыша, а кормили вполне приличной едой (для сельской местности, можно сказать, так вообще деликатесы подавали).

Лошадьми Фенрис занялся сам, отправив мага устраивать их на ночь. Все-таки привлекать к себе внимание здесь, в Вольной Марке, эльфу хотелось меньше всего, потому что слишком уж много тут было охотников за беглыми рабами. А гарантий, что его больше не ищут, у Фенриса не было никаких. Расседлав лошадей и устроив их вместе с псом на местном выпасе, Фенрис направился в таверну. До заката было еще далеко, а значит, народу в зале было мало. Мало народу — меньше внимания. Меньше внимания — меньше проблем. Наемник очень надеялся на спокойный вечер, однако, его надеждам не было суждено сбыться. Едва он зашел в таверну и направился было к столу, что занял для них Фейнриэль, его окликнул глубокий мужской голос.

Мастер Фенрис! — от этого обращения эльф едва не споткнулся на ровном месте. Так его в последний раз звали только в одном месте. Эльф развернулся к окликнувшему его человеку всем телом, невольно отмечая, как напряглась спина в ожидании удара. Придворный этикет Фенрис, конечно, забыл за не надобностью, однако не узнать цвета и герб дома Ваэлей не мог. К эльфу спешил нарочный принца Старкхевена. —  Мастер Фенрис, какая большая удача найти вас, — "и вы не стоите по колено в дерьме!", — кисло сам про себя продолжил эльф.

Фенрису всегда было перед ними неловко, им приходилось искать его чтобы найти. Упорству этих людей можно было только позавидовать.

Вам послание от принца, ответ мне нужен немедленно. Можно не письменный, мастер Фенрис. Как только вы его дадите, я тут же отправлюсь в обратный путь, — с легким поклоном нарочный передал запечатанный сургучом конверт. Фенрис медленно кивнул головой, принимая послание.

Подожди, я прочитаю и дам ответ, — небрежным (и где только научился, Фенрис и сам не знал) движением руки эльф отпустил нарочного обратно к столу, возле стойки, где видимо тот отдыхал после долгого пути. За стол к Фейнриэлю эльф сел уже читая письмо. Буквы медленно, но верно складывались в слова. Чтение все еще причиняло некоторый дискомфорт, но больше потому что читать эльфу сейчас приходилось очень редко. Текст послания несколько... обескуражил  Фенриса, особенно в моменте про заслуги. Эльф искренне полагал, что не сделал ничего особенного, ничего сверх того, чего от него требовалось по долгу службы при дворе.

Нам надо в Стракхевен, — выдал Фенрис, откладывая письмом текстом в верх, так, чтобы, если Фейнриэль захочет, он тоже мог ознакомиться с его содержанием. — Себа.... Принц Ваэль прислал приглашение, — эльф умолк, неожиданно понимая, насколько резко сейчас прозвучали его слова. Они собирались в Киркволл и визит туда был необходимостью для них обоих, но... Старкхевен сейчас очень сильно поднялся, Фенрис слышал обрывки разговоров об этом. И возможно, что помощи в поисках стоило искать не только в Киркволле, но и в Старкхевене. — М-м-м... Было бы неплохо туда завернуть и лучше до Киркволла. Варрик... — эльф замолк , не зная как объяснить причину не любви Варрика к Себастьяну. — Мне надо дать ответ, — Фенрис прекрасно понимал, что ничего не объяснять — это плохая тактика ведения переговоров, особенно когда до основной цели осталось — недолго. Но что-то в письме Себастьяна настораживало Фенриса. За Варрика эльф практически не переживал, Тетрас был ушлым типом, который мог позаботиться не только о себе, но и о других, а вот Себастьян... Нет, принц Ваэль был прекрасным политиком, отменным тактиком и стратегом, и все же... иногда в нем скользил не изжитый жар церковного юноши, которым принц так и не стал.

Отредактировано Fenris (2018-07-31 16:26:26)

+3

4

[indent] Возвращаться в Вольную Марку было занятием волнительным, несмотря на то, что даже в нынешний просвещенный век она состояла из независимых полисов, презрительно пофыркивающих в сторону соседа. Фейнриэль много раз воображал себе, как возвращается в Киркволл, уже без страха бродя по каменному лабиринту улиц и не рискуя вновь очутиться в Казематах. Теперь же, спустя многие годы, грезы становились реальностью, вот только нервничал маг тем больше, чем ближе оказывался Город Цепей. Слухи и шепотки, неконтролируемой волной разливающиеся по всей стране, тем более не внушали оптимизма и лишь подталкивали к унылому решению свернуть путешествие и вернуться... домой?
— Прелестно. — С кислым вздохом отозвался Фейнриэль на предложение Фенриса, отнюдь не восхищенный, а насторожившийся появлением в Создателем забытой деревушке чьего-то гонца. Интуиция не подвела сомниари и на этот раз: гонец оказался не простым и весьма настойчивым, не отвертеться!
[indent] Проследив за письмом, Фейнриэль бегло пробежался по тексту взглядом и едва не выругался: приглашения венценосных персон следовало воспринимать, как приказ, а не дружескую просьбу. А учитывая зловещие слухи, ходившие о священнослужителях Тантерваля и Старкхевена, Фейнриэль и вовсе предпочел бы пришибить гонца и спрятать его в ближайшей выгребной яме. Проблема была в том, что за Фенрисом наверняка послали не одного человека.
— У тебя такие связи — и ты до сих пор предпочитаешь наемничью долю? — Удивление в голосе мага было неподдельным. Он даже протянул руку и ковырнул пальцем письмо, словно оно могло быть подделкой, а гонец — ряженым. Но нет, плотная бумага, аккуратный каллиграфический почерк и королевская печать не были иллюзией. Пару раз Фейнриэль порывался что-то сказать, но заглядывал в лицо своему спутнику и обрывал фразу, даже не начав ее.
— Чему еще неплохо учат в Империи, так это тому, что негоже злоупотреблять чьим-то терпением. — Наконец-то выдохнул сомниари, нервно крутя в пальцах снятое серебряное кольцо и то и дело поглядывая в сторону застывшего неподалеку посланника из Старкхевена. — Думаю, нам следует туда поехать, вот только... Фенрис, это смешно, но я бы предпочел, чтобы мы не трубили на каждом углу о том, что я маг. Посох уж как-нибудь спрячу под тряпками, одежду сменить легко, а все остальное... Я слышал, там магов живьем сжигают! Я не хочу снова оказаться в каком-то подобии Казематов просто за то, что родился магом!

+3

5

Фенрис не сразу уловил слова мага, все еще размышляя о том, что же такое случилось в городе, что принц решил позвать наемника обратно? Это письмо еще не было приказом вернуться, но следующее было бы. И эльфу пришлось бы вернуться, потому что, грубо говоря, официального разрешения покинуть двор Старкхевена у него не было. Фенрис просто собрался и ушел поздно ночью, выскользнул из города никем не замеченный (когда столько времени скрываешься от тевинтерских охотников за головами и не такому научишься), оставив лишь криво написанную записку. Когда Себастьян прислал первое свое письмо, в нем не было недовольства (а если и было, то эльф его просто не заметил), только пожелания удачи и благ в нелегкой помощи нуждающимся, но... Фенрис, все еще, формально, считался служащим у принца Ваэля. О-о-очень формально...

Что? — наемник вынырнул из непростых размышлений, а потом сообразил, что маг спросил что-то про связи, — Какие связи? Маг, ты с ума сошел? Я просто... — Фенрис запнулся, не зная уместно ли говорить, что он, вроде как, был дружен с принцем, — работал на него, там, в Старкхевене. Обычные связи... между... — эльф умолк, махнув рукой, мол, ты сам все понял. — И потом меня все еще ищут охотники за головами. Наемнику — проще скрываться от них. Сегодня — там, завтра — здесь. А... Старкхевен маленький. Как не прячься — все равно найдут, всегда находят... — безоговорочное согласие мага удивило эльфа, конечно, без меры. Фенрис ожидал долгого и бурного сопротивления внезапным изменениям планов. Фейнриэль, правда, не выглядел счастливым и довольным изменениями маршрута, но в одном он действительно был прав отправляться надо было немедленно.

Быстрое движение пальцев, скрытых латной перчаткой, выдернуло нарочного из дремотного послеобеденного состояния.

Да, мастер Фенрис? — слуги в Старкхевене всегда пугали Фенриса тем, что появлялись бесшумно и внезапно.

Отправляйся к принцу. Я приеду... Не один приеду.

Да, мастер Фенрис, — нарочный склонился в легком полупоклоне, прижимая правую руку к груди, потом разогнулся и спешно вылетел прочь. Эльф проследил за ним взглядом — была в движениях парня какая-то странная нервозность.

Маг, послушай, ты, конечно, волен укрывать себя как хочешь, но... Принц достаточно быстро узнает кто ты такой. Он магов... чует почти как я. Поэтому я бы на твоем месте не стал бы ему врать. Я не предлагаю орать везде о том, что ты владеешь магией, но на прямой вопрос принца — лучше ответить честно. И не думаю, что он потащит тебя усмирять сразу как узнает... В Старкхевен ты едешь не только как мой наниматель, но и как мой гость, если, конечно... — Фенрис не договорил и снова уставился на письмо. "Что-то не так", — задумчиво грыз собственную щеку эльф, не вчитываясь, разглядывая письмо. — Выдвигаемся утром, лошадям надо отдохнуть, как и нам.

***

Утро выдалось на удивление туманным и хмурым. По небу бродили тучи и вот-вот мог начаться дождь. "Дерьмовая погода", — Фенрису кусок в горло не лез, а голова гудела так, словно бы, на кануне он изрядно выпил. От Лотты до Старкхевена было примерно десять дней пути — это при хорошем стечении обстоятельств. На это эльф не рассчитывал, поэтому запасов еды и воды взял в таверне на двенадцать дней. Объезжать Киркволл по дуге казалось кощунством, но... нужно было в Старкхевен. И, видимо, срочно!

Опасения Фенриса практически не оправдались. Дорога, конечно, была не из легких, однако, все прошло намного проще, чем он ожидал. Маг большую часть дороги молчал, а эльф предпочел не лезть, прекрасно понимая, что словами Фейнриэля не успокоить. Честно говоря, никаких особенно пугающих слухов про Ваэля эльф и не слышал. И то, что ему в таверне Лотты поведал маг было... странной новостью для наемника. Да, безусловно, Фенрис знал, что Себастьян не питал никаких особенно добрых чувств к магам после взрыва киркволльской церкви и смерти Эльтины, но все же в то, что рассказал маг верилось с трудом, совсем с трудом. "Не жди ничего хорошего", — мысленно сам себя настраивал Фенрис, пока они двигались в сторону Старкхевена. И чем ближе они подбирались к городу, тем живописнее становились пейзажи. Весна в Старкхевене была яркой и теплой (и что отдельно радовало Фенриса без промозглых ветров, как в Киркволле), растения набирали силу, а снег и вовсе уже практически сошел.

Город ни чуть не изменился. На въезде в город их, конечно же, остановили. Фенрис с огромным удовольствием спрыгнул с коня, перехватывая его под уздцы.

Имя? — стражник даже не поднял голову, а потом не заметил знаков, которые ему подавали друзья.

Фенрис.

Фен... — мужчина неловко подскочил на месте, роняя стул. — Мастер Фенрис, извините, не признал. Добро пожаловать в Старкхевен, мы очень рады вашему возвращению. Ваш спутник?...

Риэль — отрезал эльф. — Он — мой гость.

Д-д-да. Проезжайте, мастер Фенрис, — стражник спешно опустил глаза, сделав пригласительный жест рукой. Его нервозность передалась и наемнику. Лириум на коже едва заметно полыхнул "волной", окатывая эльфа легким приступом боли.

Садиться обратно на коня, Фенрис не стал. Ехать по достаточно узким улицам Старкхевена верхом у эльфа просто бы не получилось — сказывалось отсутствие должного опыта. Поэтому он повел и своего, и мажиного коня шагом через весь город.

Старкхевен был торговым городом — бойким, ярким и шумным. Иногда чересчур шумным, на скромный взгляд эльфа, и все же не смотря на это он был намного лучше того же Киркволла. Не было в нем этой мрачности и нервозной обреченности, что всегда витала в воздухе Града Цепей. "Усиленные патрули?", — Фенрис вел коней окольными путями, которые пролегали вдалеке от популярных маршрутов и замечал, что городской стражи на улицах стало намного больше, чем раньше, но с чем это было связано Фенрис не мог понять. Путь до замка Ваэлей занял у них около часа.

М-м-мастер Фенрис! А мы вас ждали! — едва только эльф вступил на внутренний двор замка его тут же окружила челядь. Кто-то выдернул у него из рук поводья, где-то послышались крики: "Доложите принцу!".

Я знаю.

Хотели встретить...

Я знаю.

А...

Мой гость, — Фенрис с некоторой тоской наблюдал, как уводили их с Фейнриэлем коней. Конюхи, конечно, у принца были хорошие, но эльф предпочел бы знать, что...

Как так получилось, потом наемник никогда не смог бы сказать, но вся эта нервозная суета, шум, галдение людей, вздохи-охи, — все это нервировало Фенриса. Они стояли с Фейнриэлем плечом к плечу, так что... Наверное, в этом не было бы ничего удивительного, будь они друзьями, но... Фенрис быстро и аккуратно сжал прохладные мажьи пальцы своими. Лириум чуть-чуть уколол болью ладонь эльфа, напоминая о том, что маги — это маги, и все же от этого стало намного легче. "Истеричка", — припечатал сам себя Фенрис.

Единственным, кто был на самом деле всем довольным в их компании, так это Фен'Харел. Пса немедленно окружили, начали чесать, а кто-то из дворовых даже отправился искать еду для пса мастера Фенриса.

Надутый, похожий на индюка, церемониймейстер старкхевенского двора уже спешил к ним, размахивая руками. "Опять, — с трудом удержал в себе горький вздох Фенрис. — Опять этикет...". Всю дорогу по замковым коридорам этот фенрисов мучитель ( не та ложка, не та вилка, не тот бокал... О, эти уроки эльф вспоминал с большой ненавистью) что-то говорил, что-то вещал, а так же махал руками.

Возле последней двери, за которой их уже ждал принц, Фенрис встал как вкопанный, отказываясь туда заходить. Он не знал, что его ждет и для чего его позвали. И его это пугало, в кои-то веки.

Отредактировано Fenris (2018-08-24 13:39:42)

+4

6

[indent] Так в один миг, сменив цел путешествия, они с Фенрисом фактически поменялись местами. Было странно снова чувствовать себя зависимым от чужой воли, когда уже столько лет сам решал свою судьбу, делал выбор, за который винить мог только самого себя. Всю дорогу Фейнриэль сомневался: верно ли он поступил? Не ошибся ли, доверившись еще и в таком деликатном деле эльфу, который давным-давно открыто заявлял, как ненавидит магов?
[indent] Но даже в моменты, когда Фейнриэль готов был уже бросить все и заявить, что ему не по душе визит в Старкхевен, гордость пережимала горло и не позволяла проявить сиюминутную слабость. В такие моменты маг стискивал зубы и выпрямлял спину, выглядя едва ли не надменно даже в испачканных походной пылью одеждах.

* * *
[indent] Избавившаяся от оков зимы земля, расцветающая чуть ли не на глазах, несколько смягчили настроения Фейнриэля, вновь заулыбавшегося при виде занятых весенними хлопотами крестьян и садовников. Минратос цвел чуть ли не круглый год, снег там был скорее причудливым явлением погоды, чем данностью, и маг ничуть не скучал по нему.
[indent] Когда на горизонте обозначились стены города, Фейнриэль поплотнее замотал посох в один из своих плащей. На очередной стоянке — кое-как привел себя в порядок, заплетя волосы и смыв походную пыль. Переодеваться в претенциозный наряд, как и кутаться в мантию, он не стал, хотя правила этикета в его голове горели огромными буквами о том, что не к мелкому дельцу они с Фенисом едут и надо бы выглядеть так, как требуют правила приличия, соваться во дворец в нынешнем наряде было как минимум невежливо. Оставалось мысленно молиться Создателю о том, что если потребуется, местные слуги просто не пустят их с эльфом на порог прежде, чем не отмоют от грязи и въевшегося в одежду запаха костров и старой травы.
Неприятности начались раньше, чем представлял себе Фейнриэль. Активизировавшийся лириум в коже Фенриса он даже не увидел — почувствовал всем телом, по которому словно пробежался холодок, оставивший легкое покалывание в кончиках пальцев. "Что-то не так?" — хотел было спросить маг, уже наклонился вперед, но все же удержался от прикосновения, перехватив взгляд своего провожатого.

[indent] В суете большого города Фейнриэль чувствовал себя как рыба в воде. Рынки по всему Тедасу были неуловимо похожи друг на друга, люди все так же торговались, ругались или расходились довольными. Светские приемы со всей сопутствующей подготовкой также не пугали мага, не один раз сопровождавшего своего протектора на подобных мероприятиях. Потому, когда пальцы эльфа осторожно нашли руку мага, Фейнриэль лишь ободряюще улыбнулся и сжал ладонь наемника в ответ.
— Все нормально. Это их работа, как-никак...
[indent] Церемониймейстера Фейнриэль, в отличие от Фенриса, слушал внимательно и с вежливой улыбкой. Задавал вопросы, кивал полученным ответам и неожиданно почувствовал себя как рыба в воде, вновь закрученный водоворотом правил, запретов и тонких двояких моментов, которых следовало избегать или создавать в зависимости от ситуации. Следовало бы поблагодарить наставника, когда сомниари вернется в Минратос — без его муштры и непреклонности в вопросах воспитания, Фейнриэль сейчас бы растерялся, как мальчишка.
— Он сам пригласил тебя, Фенрис. Наверное, это что-то значит. Вряд ли он обяжет тебя охотиться на морских змеев и закапывать гномов в землю ради забавы или во имя всеобщего блага. — Тихо отметил маг, рассматривая незатейливый позолоченный узор на дверях и чувствуя, как от неизвестности желудок сжимается до бессовестно-малых размеров. Волнение, как бы ни старался Фейнриэль его скрыть, все же пробиралось наружу в быстрых взглядах, непроизвольно повторяющих магические пассы пальцах, да сейчас — в забившемся быстрее сердце и глубоком вздохе, на котором, решившись, Фейнриэль хлопнул Фенриса по плечу и отворил двери, легонько подталкивая остроухого вперед, на встречу со старым другом...

Отредактировано Feynriel (2018-09-05 19:38:29)

+2

7

https://i.pinimg.com/originals/95/1f/14/951f14ddeb0c4a484701bc1a46c490cc.jpg

— Ваше Высочество, гости прибыли! — церемониймейстер, с должным вниманием помедливший открывать двери перед остановившимся за несколько шагов Фенрисом, весьма неохотно уступил это право Фейнриэлю и почтительно поклонился вслед входящим, а заодно и находившимся в комнате важным особам. — Мастер Фенрис и его друг, Риэль!

Себастьян, о чём-то негромко беседовавший с сидящей подле него на софе девушкой, повернул голову и улыбнулся, поднимаясь навстречу явившимся.

— Фенрис, друг мой! — принц гостеприимно развел руками и приветствовал гостей кивком уважения. — Рад видеть тебя в порядке и здравии. Ты, право, удивил меня, приехав не один, — Ваэль перевёл светлый, жёсткий под любопытной живостью взгляд подчеркнутых хмурыми морщинками глаз на спутника эльфа и улыбнулся. — Но друзья моих друзей всегда желанные гости в моих владениях.

— Прошу, располагайтесь. Не сомневаюсь, вы устали с дороги. К вашим услугам будет всё, что способен предложить мой дом. Но прежде, — Себастьян повернулся, жестом указав на молча ждущую на софе девушку. — Позвольте представить вам принцессу Изабель Тёрнсо, дочь принца Хасмала, Сезара Тёрнсо... и мою невесту, — Ваэль с видимым удовольствием улыбнулся вслед сказанному.

Девушка в обманчиво простом платье, с заплетенными в украшенный жемчугом венец волосами на вид была совсем юна и под робким своим спокойствием выглядела взволнованной — даже если старалась это скрыть, но дыхание, сцепленные пальцы худых рук и напряженность плеч выдавали её. Но на необычных гостей принца смотрела открыто и без страха, склонив голову в статусном кивке, как только Себастьян её представил.

— Добро пожаловать в Старкхевен, — произнесла она негромко, приветливо улыбнувшись самыми уголками губ.

Дальше: Фенрис, Фейнриэль, Изабель по обстоятельствам.

+2

8

Ваэль одновременно и изменился, и нет. От него все еще исходила волна умиротворяющего церковного спокойствия, которого, честно говоря, эльфу очень сильно не хватало в его скитаниях по большаку, но... Что-то в принце изменилось, но что — эльф не понимал, просто ощущал какой-то своей невероятной звериной чуйкой, которая не раз его спасала за годы бегства от охотников за головами.

Слова принца застали наемника врасплох и он, как баран на новые ворота, уставился на представленную ему принцессу прямо в упор. Девушка была красива — сдержанной, благородной красотой, которая отличает старые аристократические роды  Волной Марки (такой же внешностью обладали: и покойная Лиандра Хоук, и покойный Шеймус Думар). Ее плечи определенно были напряжены — это Фенрис отметил сразу же, но возможно причина была в том, что она находилась среди незнакомцев.

Мое почтение, ваше высочество, — Фенрис как мог попытался изобразить тот идиотский поклон, которому его пытались научить много лет назад, принцессе. Но спина, отвыкшая сгибаться перед кем-либо, не подвела и в этот раз, вызвав лишь раздраженное шипение церемониймейстера двора. Эльф мрачно про себя (и раз уже в тысячный) пообещал накрутить кишки этого царедворца на свою латную перчатку, как только подвернется случай. Случай, конечно, никогда бы и не подвернулся. Этот упертый старикан служил роду Ваэлей уже второе поколение, а до этого им служил его отец. "Преданность, передающаяся в крови", — отметил Фенрис.

Я... рад за те...вас, принц, — эльф не очень понимал как стоит себя вести. Фигурально: он все еще на службе у принца, а буквально: рядом с ним стоит его новый наниматель. Ситуация, как любил говаривать Варрик, крайне неловкая. — Эм... — эльф не умел заполонять неловкие паузы, поэтому от отчаянья пошел сразу в лоб. — Что-то случилось? Кроме... этого, — Фенрис неловко  обвел рукой в воздухе фигуры принца и принцессы, — вне всякого сомнения, счастливого события? Отступники? Венатори? Сошедшие с ума храмовники? Демоны?... — последний вопрос прозвучал совсем уж откровенно жалко и растерянно. Выглядеть растерянно, а уж тем более жалко, Фенрис не любил, однако, у него в голове просто не могло уложиться, что Ваэль мог его позвать разделить радость предстоящего бракосочетания. Все это всегда проходило мимо него и эльф был бы не против, если бы оно и дальше проходило мимо. Потому что... "Завидую, — припечатал себя Фенрис, закусывая щеку изнутри, взаимодействие с людьми, тем более в таком количестве, что сейчас толпилось вокруг него, никогда не было его сильной стороной. Конечно, он получил должную закалку при дворе, но всю ее растерял пока путешествовал по большаку в компании с собакой. — Потому что... Потому что". Ощущение собственной неполноценности, ущербности, снова вылезло наружу, заставляя  эльфа опустить взгляд в пол.

Отредактировано Fenris (2018-09-04 21:42:16)

+3

9

[indent] В отличие от Фенриса для Фейнриэля было естественным склониться в уважительном поклоне ровно настолько, насколько требовалось для выказывания уважения к коронованной особе. И едва удержался от того, чтобы не ткнуть Фенриса в спину, толсто намекая на то, что не стоит стоять столбом. К счастью, эльф пришел в себя раньше, а уже в следующую минуту Фейнриэль и сам смог тайком разглядывать тех, кто сейчас занимал трон Стархевена.
[indent] Сейчас, стоя перед принцем, Фейнриэль как никогда остро чувствовал неуместность их с Фенрисом нарядов. Они выглядели отнюдь не гостями, а залетными пташками, которых чудом занесло в богатый дом и на которых пялятся, не зная, брезгливо выбросить их прочь или раздавить, как букашек. Стоило задержаться еще на какое-то время, принять ванну, отстирать одежду, заплести волосы себе и вычесать лохматого Фенриса, наводя хоть какой-то лоск перед приемом.
— Примите наши поздравления, принц. Принцесса. — Фейнриэль, растянув губы в сдержанной улыбке, сделал шаг вперед и еще раз наклонил голову, обращаясь к венценосным особам. Сейчас, когда маг мог напрямую взглянуть на Ваэля, он почувствовал мороз, пробежавший по коже, когда столкнулся взглядом с холодными голубыми глазами принца. За правильными благородными чертами лица скрывался отнюдь не потерянный птенчик-церковный певчий. Рядом с таким человеком принцессе Изабель нечего было бояться, он бы смог ее защитить даже от дракона, вздумай тому, как в старых сказках, похитить девицу из замка. Величие и суровость принца наверняка в полной мере раскрывал тронный зал, где он мог вершить суд и править так, как считал нужным, а здесь, в не совсем формальной обстановке, Ваэль походил на сытого хищника, до поры до времени прятавшего свои когти и клыки.
— Фенрис хотел сказать, что он... что мы были бы рады оказать вам всяческую помощь и поддержку, ежели такая потребуется. — Все так же улыбаясь, Фейнриэль качнулся в сторону и незаметно поймал руку эльфа, ободряюще сжав пальцы. Быстрый взгляд на поникшего наемника заставил Фейнриэля запнуться и замолчать на мгновение. Что-то случилось в Вольной Марке и Фенрису неловко это вспоминать? Они с Ваэлем разошлись отнюдь не так мирно, как говорил он до поездки? В любом случае, унывать и теряться самому Фейнриэлю сейчас было нельзя.
— И пусть некая услуга и станет нашим свадебным подарком. К сожалению, мы спешили и не успели как следует подготовиться к приему, принц Ваэль.

+3

10

От всех упомянутых и перечисленных Фенрисом ужасов, безжалостно штурмовавших Тедас в первой половине этого десятилетия и до сих пор ещё и близко не забывшихся, наблюдавшая за гостями Изабель побледнела и тревожно взглянула на принца, словно ища защиты — но тут же отвела взгляд на обстановку, словно отдернувшись от холодного огня. Зря, наверное. Себастьян всё это время был с ней добр и учтив, почти по-отечески мягок и вежлив, и за почти полмесяца, проведенных в Стракхевене, она постепенно стала привыкать к нему и его вниманию, к беседам после утренних служб в невероятно чистой и уютной молельне замка. Но этот порыв спрятаться именно за его спиной от коснувшегося сердца страха перед всем, чего сама она не знала, но о чём столько слышала в причудливых пересказах слуг и знакомых, испугал её сейчас едва ли не больше, чем само услышанное от эльфа-воителя. Демоны, отступники... Ох, Создатель помилуй. Только бы не случилось больше такого, только бы...

Об этом дорогом друге Себастьяна Изабель знала по его рассказам только хорошее, и была предупреждена о некоторых весьма специфических чертах его, но в целом до этого момента казалась себе вполне готовой встретиться с тем, кто прошел через рабство, кто убивал, и убивал жестоко. Совсем не филигранным искусством стрел, которое показывал ей Ваэль, в шутку соревнуясь со стражей замка и поражая всех точностью своей руки. Она даже удивилась, когда эльф вошёл — совсем не таким представляла она яростного воителя из рассказов принца. Ощущение от него было совсем иное, нежели от носящих тяжелую блестящую броню стражников и храмовников. Принцесса говорила себе, что не должна бояться, что эта исходящая от эльфа настороженность и опасность направлены вовсе не на неё, конечно же, нет. Он ведь союзник её... будущего мужа. А значит, и её друг настолько же, насколько и его. Помня это, она находила в себе силы улыбаться и надеяться. Может, если она поговорит с ним сама, тоже обнаружит всё то, что знал и видел в Фенрисе Себастьян?..

Жест представленного Риэлем молодого человека радующей глаз наружности и куда большей воспитанности не укрылся от глаз принцессы — и уж наверняка от глаз принца тоже. В толпе, быть может, их и не заметили бы, но не в уединении этой комнаты. Изабель моргнула и постаралась сделать вид, что не заметила этих соединившихся рук, отмахиваясь от трепещущих догадок, почему приглашенный в одиночестве гость приехал не один, и осторожно скашивая взгляд на Себастьяна. Тому даже и вида делать не пришлось, он и так всегда был при нём. Принц всегда показывал только то, что считал правильным показать в каждой ситуации. И это казалось чем-то совершенно естественным в его исполнении, убеждающим, позволяющим верить в надежность этих рук и этой улыбки. Он просто не может подвести. Нет, наверное, ничего такого, чего он не может. Это должно было ей нравиться и, кажется, действительно нравилось — но и чувства сопротивления в себе принцесса не могла не заметить. Себастьян всегда был слишком хорош. Безупречен, безукоризнен. Единственная тень, какую она могла найти в нём — только порой проскальзывающая сухость и жесткость, бывших, должно быть, неизбежными спутниками возраста и опыта. Это не было неожиданно — и оттого никак не сглаживало пропасть раскола между ней и его непостижимой высотой, сверкающей венеценосностью. Нет, она никогда не сможет даже немного оказаться с ним рядом — что под венцом и взглядом Создателя, что во всём, что... неизбежно последует после.

Не такой судьбы хотела для себя Изабель. Оставаясь одна долгими днями, что Себастьян посвящал решению проблем своего города, визитам и приемам, рутине правления, она отчаянно скучала по Эладио. По его глупостям, по его ошибкам, по запинкам в речи, по смешным попыткам развеселить её — рядом с ним она чувствовала себя живее. Ох, Андрасте милосердная, ну почему она так сомневалась, осторожничала, морщила нос, сравнивая и выбирая? Себастьян в сравнении с ним был белоснежной мраморной статуей в лучах солнца. Прекрасной, восхищающей, но и только. Но, может, может, она правда ещё слишком мало о нём знает. Когда их обвенчают, когда узы скрепят благословлением Создателя, как знать, каким он ещё откроется ей. Она упрямо продолжала утешать себя этой мыслью, сжимая ладони и покорно слушая разговор, к которому имела в целом чисто декоративное отношение — ничуть, впрочем, не тяготясь этим фактом простого присутствия.

+2

11

Себастьян улыбнулся вопросам Фенриса с утешающим спокойствием. Не похоже было, что он собирается как-то припоминать Фенрису его не самый, скажем, благоприятный поступок — если только сильно позже, с глазу на глаз. Он позвал его в Старкхевен снова вовсе не затем, чтобы вытаскивать и теребить на свету порядком припорошенное временем прошлое. Выбор Фенриса ещё тогда был понятен и не встретил отторжения. У Ваэля были средства и возможности не потерять его след в круговерти событий — хоть и было это, конечно, далеко не в первой и даже не второй сотне дел, требующих его внимания.

Чуть склонив голову в знак внимания, принц прислушался к словам Риэля, поспешившего на помощь обыкновенно прямолинейному эльфу, словно бархатом оборачивая его острые грани.

— Друзья мои, ваша поспешность откликнуться на мою просьбу о визите, поверьте, намного ценнее любых подарков и жестов внимания. Фенрис, твоя неизменная готовность выручать меня, как ничто иное, согревает сердце, — Ваэль коснулся ладонью расшитого золотом чёрного камзола, в который был одет, прямо над этим самым сердцем. — Но всё, о чём я могу и хочу попросить тебя — вас обоих, — сейчас, это быть нашими гостями на праздненстве, что будет после венчания. Я думаю, ты понимаешь, что по долгу своему мне придётся пригласить сюда без малого половину Марки, и мне бы очень хотелось видеть среди всего этого многообразия лица тех, кто действительно близок и дорог мне. Этот день действительно важен для меня, — Себастьян улыбнулся, взглянув на Изабель.

— И потому я надеюсь, что ты не откажешь мне в этой маленькой услуге и останешься до торжества. Может казаться иначе, но у меня совсем не так много друзей, с которыми я правда хотел бы разделить такой момент. Корона принца — нелегкая ноша, — философски резюмировал Ваэль, переведя взгляд с Фенриса на Риэля, словно ища понимания в глазах того, кто как будто бы больше мог знать о причудах жизни высшего света.
[nick]Себастьян Ваэль[/nick][icon]http://sd.uploads.ru/bBQg6.png[/icon]

+2

12

Я... — Фенрис замялся, не зная, как сказать, что ожидал чего-то на самом деле важного. Важного, в своем понимании. Безусловно, его радовало, что один из немногих его друзей обрел счастье в своей жизни, но... Это же не совсем то для чего обычно искали эльфа. Его удел — это бесконечная пыльная дорога, вертлявый и глупый, в своей преданности пес, бессчетное количество убитых людей и нелюдей, и... одиночество. Плечи эльфа безвольно опустились вперед, как это было когда-то в Киркволле, снимая выработанную привычку держать спину прямо. — Конечно, принц. Буду рад разделить с вами этот прекрасный момент, — улыбка у Фенриса вышла очень даже искренней, хоть и немного усталой.

Длительный переход и тяжелые раздумья насчет того зачем же его так искал принц, вымотали Фенриса. Усталость навалилась на него всей своей невероятной, оглушающей тяжестью.

Прошу простить меня, — эльф, не выдерживая придворного этикете, сделал пару шагов к низкому диванчику и устало опустился на него. Ноги тут же напомнили о долгой верховой езде и пешей прогулке до замка Ваэлей. — Нарочный застал нас в Лотте, это ближайшая к Киркволлу деревня. Нам пришлось развернуться в сторону и поспешить сюда. Переход нас вымотал, чуть больше чем мы рассчитывали, — Фенрис никогда не боялся смотреть людям в глаза. Вот и сейчас сидя на диванчике, эльф смотрел прямо принцу в глаза и все еще видел того горящего, удивительным внутренним светом, церковного юношу. Себастьян был тем единственным человеком, который разделил с эльфом утрату сестры. Какой ни была бы Варанья, она была единственной фенрисовой нитью, что вела к прошлому и знала все, что сам эльф забыл. Тогда, в еще существовавшей киркволльской церкви, Фенрис в первый раз, наверное, исповедовался. Пусть не принявшему сан Себастьяну. Этот личный момент, который они... пережили вместе, в достаточной мере сблизил их.

Церемониймейстер, что стоял возле входной двери в кабинет, разве что не позеленел на выходку эльфа, гневно поджимая губы. Все на что хватило эльфа — это на полный ехидства взгляд, брошенный на мужчину. "Невоспитанный, неотесанный, беглый раб!", — легкая ухмылка тронула губы Фенриса.

На какие даты намечено торжество, мой принц? — Эльф искренне полагал, что теперь забота о безопасности Ваэля снова лежит на его плечах, раз уж он здесь. — Мне бы осмотреть место проведения церемонии. Предстоит много работы. Это радостное событие привлечет не только ваших союзников, мой принц. Мне бы хотелось иметь возможность заняться расстановкой охраны, — Фенрис задумался, пытаясь вспомнить как выглядит изнутри старкхевенская церковь, но понял, что не помнит. Он был в ней всего пару раз, к его вящему неудовольствию. Тогда, несколько лет назад, у Ваэля был достаточно плотный рабочий график и слишком много личного времени у эльфа не было. Земли Ваэлей находились в удручающем состоянии, после интриг леди Хариманн.

+2

13

Сам принц, похоже, если и посчитал "выходкой" решение Фенриса сесть, не дожидаясь установленного этикетом приглашения и позволения, то значения этому никакого не придал — и, жестом предложив спутнику эльфа последовать этому примеру, сам сел на софу рядом с невестой. Та лишь продолжала миловидно, хоть и несколько натянуто, улыбаться уголками губ, внимая переговорам.

— О нет, нет, друг мой, — примирительным тоном, сквозящим нотками удивления и приятного смеха, поспешил откликнуться Ваэль, покачав головой и останавливая расторопно предложившего свои услуги наемника жестом поднятой ладони. — Вовсе не затем я позвал тебя теперь, чтобы снова нагрузить обязанностями и делами. Я буду очень благодарен, если по окончании всей подготовки ты проведешь ревизию и посоветуешь что-нибудь дельное моей страже на последнем этапе, но до того момента я хотел бы, чтобы вы не беспокоились ни о чём и сполна насладились гостеприимством моего замка. Нашего замка, — подчеркнув это слово интонацией, Себастьян взглянул на Изабель и спокойным, уверенным жестом накрыл её ладонь своею, в знак ободрения сжав на несколько недолгих секунд.

— А впрочем... прости, друг мой, но мне только что пришла в голову идея получше. У меня все-таки будет к тебе — к вам обоим, — одна просьба сверх той услуги, которую вы и без того окажете мне, оставшись на церемонию. Я попрошу вас в эти дни подготовки и неизбежного беспокойства сопровождать мою невесту — и следить за её безопасностью лично, конечно же. Не могу сказать, что в сердце Старкхевена ей хоть что-то способно представлять угрозу, но ты же знаешь, больше бдительности никогда не повредит. И больше доброй компании, — Ваэль позволил себе лукавую улыбку в сторону принцессы и перевел взгляд на гостей, посвящая их в детали обстоятельств. — Не прошло и половины месяца с тех пор, как Изабель в Старкхевене, и я вижу, как многого ей здесь пока не хватает. Особенно общества тех, кто не будет каждую минуту напоминать ей, что она — моя будущая герцогиня. Общества друга, который помнит, что и я — не только Принц.

— Себастьян, я... — запнулась взволнованная Изабель, в смятении заморгав и глядя вниз.

— Не стоит смущения, Белль. Мы ведь уже говорили с тобой об этом, — опекающе перебил её Ваэль, убедительно взглянув на свою невесту.

— Да, милорд, — согласилась она, не поднимая взгляда и незаметно выдохнув с коснувшейся губ кроткой улыбкой, словно бы польщенная тем, о чём он ей напомнил.

— Венчание наше состоится пятого числа элувиеста. От сегодняшнего дня это почти две недели, — вернулся Себастьян к заданному Фенрисом ранее вопросу. — По правде сказать, я и не надеялся, что мой гонец отыщет тебя так скоро, да еще и в возможности немедленно выдвинуться в путь, — принц признательно улыбнулся. — Говоришь, вы были близ Киркволла на тот момент? Могу я поинтересоваться, какие дела влекли вас туда? И, надеюсь, моя просьба не отвлекла вас обоих ни от чего более важного. А если и отвлекла, то в отплату за свой маленький эгоизм я готов предложить вам всю свою посильную личную помощь в решении вопросов, которыми я вынудил вас пренебречь, — Ваэль важным кивком подтвердил перед своими гостями серьезность своих слов правителя, которыми просто так, без сомнения, не разбрасываются.

[nick]Себастьян Ваэль[/nick][icon]http://sd.uploads.ru/bBQg6.png[/icon]

+3

14

Но... — Фенрис только тяжело вздохнул, не решая спорить с Себастьяном. Старкхевенский принц мог быть весьма упрям и эльф это знал как никто другой. Однако, предлагаемое Ваэлем вынужденное бездействие — огорчало эльфа. Он себя знал — и трех дней не прошло бы, как он влез бы в работу не только личной гвардии принца, но в городскую стражу. Иной раз Фенрису даже казалось, что из него вышел отличный капитан городской стражи, в конце-концов вышел же толк из рыжей, по хорошему бешеной Авелин? Впрочем, практически сразу Себастьян предложил свой вариант решения проблемы: "Фенрис и свободное время".

Но... — Фенрису даже стало казаться, что он повторяется, когда Ваэль предложил сопровождать ему будущую супругу. "А ты забыл, надо полагать, ту историю с одной графиней, да? Или ту историю с каким-то там маркизом? — эльф смотрел на принца с плохо скрываемым выражением испуга. — Я тебя так сильно обидел своим уходом, Себастьян?", — каких-то иных мыслей у Фенриса не было. Принц прекрасно знал насколько... неловок был в общении с кем-либо эльф и вот так, запросто предлагать в жертву (по другому-то и не скажешь) собственную будущую жену — это либо наказание, либо... что-то действительно нехорошее происходит в славном городе Старкхевене, — конечно, мой принц, почту за честь, — эльф попытался улыбнуться, но вышло у него так себе. — Мы с Риэлем приложим все усилия для того, чтобы время до бракосочетания принцесса провела хорошо, — "В компании с бывшим рабом и тевинтерским магистром, — мрачно про себя закончил свою фразу Фенрис. — Прекрасная компания для будущей принцессы дома Ваэлей".

Дата обозначенная принцем, как день венчания, заставила Фенриса мысленно тяжело вздохнуть. Две недели, потом еще снова дней двенадцать пути до Киркволла, а там черт его знает, где будет Варрик. Посылать весточку с просьбой дождаться и не куда не уходить  Фенрис не стал бы. Гном отчего-то ужасно не любил Себастьяна и игнорировал все весьма из Старкхевена. Посылать кого-то тайно в Киркволл — означало бы обидеть принца. Проверять лимит терпения своего венценосного друга Фенрису ужасно не хотелось. Но вопрос о Киркволле все же озадачил эльфа. "Ну, — мысленно извинился перед Ваэлем он, — рассказывать тебе о том, что я помогаю тевинтерскому магистру искать какую-то неведомую древнюю херню — я не буду, это не моя тайна, чтобы я ее разглашал".

В Киркволл мы держали путь из-за этого, — лириум мягко вспыхнул, на короткое мгновение озаряя собой комнату, окатывая эльфа тонкой волной легкой колющей боли. — Мне... осталось не очень много лет жизни. Я...кхм... — вот такие вопросы обсуждать в присутствии посторонней девушки Фенрису хотелось меньше всего, но раз она собиралась стать частью жизни Ваэля, то, наверное, имела полное право знать о том, что происходит с отдельно взятым эльфом, который умудрился как-то стать другом принцу, — все чаще слышу лириумную песню. Я не думаю, что Данариус, — это имя все равно вызывало короткий всплеск ярости, даже спустя годы, — сам, с нуля создал этот ритуал. Он должен был... опираться на какие-то источники. И если их найти, возможно, там будет ответ, как сделать так... чтобы мое существование стало более приемлемым и похожим на жизнь, чем сейчас. В Киркволл мы отправились затем, чтобы посетить Черный Рынок. Риэль, — коротким взмахом руки Фенрис обозначил мага, — специалист по древним свиткам, — "потому что я все еще даже на общем читаю очень плохо", — эта фраза повисла в воздухе, не будучи произнесенной. — И я надеюсь, что ваше обещание, мой принц, все еще в силе, — Фенрис коротко взглянул принцу прямо в глаза. Обещание, которое он упомянул, было дано Ваэлем не задолго до того как тупой Андерс взорвал киркволльскую церковь, тогда Себастьян пообещал Фенрису, что если эльф окончательно впадет в лириумное безумие, принц сам лично прекратит бренное, земное существование наемника. "Пара метких выстрелов и делов-то, — сухо сказал тогда Фенрис — уж столько лет сражались бок о бок, ты как никто знаешь "дыры" в моей защите".

+4

15

[indent] Как бы ни бахвалился Фейнриэль, не пытался выставить себя знатоком придворного этикета, в душе он отчаянно трусил и лишь усилием воли удерживал себя от того, чтобы раскланяться и унести ноги куда подальше. Он ведь ни разу еще не был при дворе! Ни разу не был представлен кому-то, обладающему настолько обширной властью! Новый опыт, свалившийся как снег на голову, немножко отуплял и заставлял нервничать.
[indent] Себастьян, о котором ходило столько противоречивых слухов, и в жизни был таким же противоречивым, удивительным образом сочетая в себе затаенный холод смертоносного ледника и теплоту солнечного дня, свет которого падал сейчас на, похож, смущенного таким отношением Фенриса. Ха, а эльф еще огрызался, что принц ему не друг! "Вот и верь после этого эльфам", — беззлобно хмыкнул маг, не успев скрыть улыбку, но хотя бы отправив ее в пол, отведя взгляд от венценосных особ. Фенрис, словно извиняясь за свою неуклюжесть, за своеобразное умение дружить, тут же выпустил шипы, готовый защищать от неведомой напасти принца и его будущую супругу — и эта картина была на редкость очаровательна. Неловка, но очаровательна.
[indent] Когда Себастьян и Фенрис заговорили об Изабель, Фейнриэль перехватил ее взгляд и ободряюще улыбнулся. Она тоже молчала, словно, как и маг, чувствуя себя лишь спутницей, а не хозяйкой положения. Развлечь девушку, пока идет подготовка к свадьбе? Вряд ли герцогине была бы в радость компания незнакомцев, но, с другой стороны, наверняка у них найдутся темы для разговоров. Интересно, какую же спутницу выбрал себе принц? Была ли она умна или же воспитана трофеем, певчей пташкой, пригодной только для утех и любования?
[indent] Знакомый холодок и свечение вырвали чародея из его дум, заставив вернуться к реальности и понимающе ухмыльнуться: "специалист по древним свиткам" в устах Фенриса звучало чуть лучше, чем "демонов магистр", но вызывало примерно столько же вопросов.

[indent] Прием подошел к концу, принц и герцогиня удалились по своим делам, а гости наконец-то получили возможность сбросить вещи и немного отдохнуть с дороги.
— "Просто работал на него", значит? — Весело фыркнул Фейнриэль, встретившись с Фенрисом много позже, когда дневная суета наконец-то уступила место вечерним уютным хлопотам. Восхваляя всех богов, долийских, древних тевинтерских и Создателя заодно, Фейнриэль не вылезал из жестяной ванной так долго, как мог, блаженствуя от того, что наконец-то смог смыть с себя дорожную пыль, переодеться в чистую одежду и наконец-то расплести косу и вычесать волосы. Все еще влажные кончики щекотали шею каплями воды, заставляя Фейнриэля то и дело ежиться от прохлады. Фенрис, по мнению мага, тоже выглядел получше: то ли сказался отдых и нормальная еда, то ли дружественные стены преобразили хмурого эльфа, но тот словно скинул несколько лет.
— Принц Ваэль, похоже, думает иначе. — Понимающе улыбнувшись, Фейнриэль как ни в чем ни бывало выловил из миски ароматный финик и отправил его в рот. В этом была еще одна положительная черта дворцов и достатка: можно было отыскать самые разные экзотические лакомства и наслаждаться ими без зазрения совести. К тому же, финики напоминали о севере, их аромат и вкус возвращал мага в сады под Минратосом и в учительский дом. — Фенрис, ты... действительно считаешь, что на свадьбе может что-то случиться? У Ваэля так много врагов?

+3

16

Как бы Фенрис не чувствовал себя лишним среди всех этих вельмож, прислуги и кучи условностей, смысл которых он иной раз не понимал (можно же просто сказать все как есть, зачем это все?), а стены замка Ваэлей его успокаивали. Наверное, это место он мог бы назвать домом, если бы захотел. Другое дело хотел ли он? Ответа на этот вопрос у эльфа не было.

Возможности оказаться в ванной комнате Фенрис был рад. Наконец-то появилась возможность избавиться от порядком отросших волос, которые уже мешали. До косы им было откровенно далеко еще, но конички уже елозили по плечам — мешая, отвлекая и просто раздражая. Как и много лет назад, эльф постриг себя сам — с помощью острого ножа, при моральной поддержке всех известных ругательств на тевене. Вышло как всегда не ровно, но аккуратность была эльфу не так важна, как возможность избавить себя от лишних раздражителей. Иной раз наемник думал вообще сбрить все волосы с головы, но что-то его всегда останавливало. Возможно, шанс найти проклятый лириум и под волосами. Прохладная вода изрядно остудила прямо-таки горящие после долгой езды ноги.

Комнаты им с магом выдали раздельные, что не могло не радовать Фенриса. Каждый раз как он оказывался в приемлимых для жизни условиях, его начинали мучать кошмары: обрывки прошлого, служба у Данариуса, взрыв церкви и многое другое, что он успел повидать за всю свою жизнь. Двери в личных покоях, в замке Ваэлей, были добротные, звуки пропускали неохотно, так что шансы кого-то поднять возможными криками — были нулевые. Спальни соединяла небольшая гостиная, с двумя аккуратными софами между которыми стоял небольшой столик. Помещения были достаточно светлые, видимо, недавно в них был проведен ремонт.

Просто работал, — подтвердил Фенрис, устало опускаясь на софу, вытягивая ноги. В гостиную он вышел без доспеха, довольно ощущая как коротко остриженные волосы даже не касаются шеи. — Дружба тут совершенно не причем, — попытался пояснить эльф, но понял, что ничего у него не выйдет. Фенрис всегда разделял принца Ваэля и Себастьяна, друга, с которым многое пережил. Это разделение не все понимали, но когда это Фенрису нужно было чужое понимание его личных дел? — Много ли врагов у Архонта? — ответил вопросом на вопрос наемник, растекаясь по софе, что медузы выкинутая на морской берег и несколько часов пролежавшая на солнцепеке. — Сильные личности всегда имеют врагов. Всегда найдется тот, кто недоволен принятыми решениями, законами и положениями... Все живые врут, предают, обманывают. Кто-то больше, кто-то меньше... А свадьба — это идеальный момент, чтобы нанести удар. Да, я действительно считаю, что на свадьбе может что-то случится. И я буду невероятно приятно удивлен, если — нет.

+2

17

[indent] Паранойя эльфа, хоть и была обоснованной, не уставала поражать Фейнриэля, не всегда ожидавшего от жизни худшего. Хотя, наверное, и стоило бы взять пример с остроухого: в конце-концов, если магу удастся доказать свое право на магистерский титул, у него наверняка прибавится недоброжелателей, некоторые из которых не будут так уж скромны в проявлении своей неприязни...
— Всегда начеку. — То ли спросил, то ли подытожил факт Фейнриэль, покачав головой и улыбнувшись. Им обоим не помешал бы отдых, небольшая передышка среди творящегося хаоса — и они ее получили. Фейнриэль планировал воспользоваться ей на полную катушку, прикрыв глаза на жутковатого принца местных земель, а вот Фенриса, похоже, еще надо было поуговаривать отложить меч и наконец-то расслабиться. — Может, Создатель будет благосклонен к их союзу и обойдется без кровопролития. И что ты сделал с волосами, во имя Митал!

[indent] Следующий день, казалось, настал слишком быстро: так и хотелось оттянуть неизбежное, закопавшись поглубже в чистую постель и уйдя поглубже в Тень. Старкхевенский замок оказался скучным местом, сны здешних обитателей не отличались разнообразием — слуги что в Тевинтере, что в Вольной Марке грезили примерно об одном и том же, а влезать во сны Себастьяна или его избранницы Фейнриэль не осмелился. Даже во сне важно было сохранять некоторое подобие приличий, пусть даже явление сомниари забылось бы, выветрилось в первые мгновения пробуждения. Сны Фенриса все так же оставались недоступны, вспыхивая и угасая, огражденные неведомой нестабильной магией.
[indent] Полукровка, переодевшийся в любезно предложенный придворными слугами костюм, неспешно прогуливался по двору, разглядывая смутно знакомую по чужим грезам архитектуру и гадая, что же принесет им с Фенрисом этот день. Развлекать и охранять принцессу — занятие не столь уж обременительное, оставалось лишь ждать, когда принцесса изъявит желание видеть мягко приставленных к ней "сторожей".

+2

18

Будничное существование принцессы Хасмала в стенах старкхевенского замка особой заботы от друзей не требовало — здесь она, нетрудно догадаться, пребывала в безупречной безопасности под взглядами расставленной повсюду стражи и сопровождающих фрейлин. Эльф и маг оказывались в её компании скорее случайно, нежели по призыву долга — то на прогулке в саду, то среди стеллажей богатой библиотеки, то на тренировочном плацу, где принцесса издали и очень осторожно наблюдала за Фенрисом, деликатно выспрашивая у Риэля то, что он сам знал об угрюмом воинственном эльфе, с поразительной легкостью для своей комплекции управляющемся с двуручным мечом. Принцессе многое было интересно, и по всей видимости, с магом ей всё-таки было проще разговаривать — то ли в силу воспитанности и мягкой учтивости того, то ли на почве разделенного интереса к книгам, истории и познанию мира, в котором Изабель была сущим теоретиком, пусть и весьма широкой осведомленности. От этого было только печальнее узнать, что Риэля буквально на четвертый день его пребывания в замке отыскал гонец с письмом особой срочности. Дела звали мага на родину, в Тевинтер, и откладывать отъезд на время после грядущей свадьбы никак не представлялось возможным. Показалось ей или нет, что Себастьян к её тихому сетованию, высказанному за завтраком — несмотря на свою неизменную занятость, Принц почти каждое утро находил время побыть в её обществе, что хоть отчасти, но согревало сердце девушки, — отнёсся как-то очень уж отвлеченно, словно к чему-то, о чём он уже знал? Впрочем, может, и знал. Это ведь его замок и его гости, стоило бы скорее удивиться, если бы Ваэль не знал о чём-то, происходящем в стенах его пресветлых владений.

Фенрис, однако, согласию своему исполнить просьбу Себастьяна не изменил и остался — Изабель только гадала, из верности принцу или же просто из невозможности отправиться с тевинтерцем. Эльф с лириумными татуировками и таким до мурашек пробирающим низким голосом одновременно и завораживал, и внушал ей инстинктивную какую-то опаску, за которую принцесса раз от раза укоряла себя. Он был даже не выше её, этот остроухий с выбеленными, контрастными оттенку кожи волосами, но построить заметно более рослых и плечистых солдат замка у него получалось на раз-два. Непривычно было видеть эльфа в такой высокой, уважаемой роли — дома Изабель привыкла к эльфам-слугам, лишь трижды на собственной памяти столкнувшись с представителями этой расы в более высоком социальном классе. Да и то, один был приглашенным бардом, другой — любовником баронессы Вишон, патрона его художественного таланта, а третий... третьего она видела мельком, запомнив по темной броне и фамильярной ухмылке, с которой тот козырнул ей, проходя мимо по коридору. Фрейлины шептались, что он был не иначе как из антиванских Воронов, да-да, тех самых, неспроста жуткий такой. Может, её память сейчас и преувеличивала — в шестнадцать лет многое кажется страшнее, чем есть, но Фенрис, по крайней мере, выглядел несколько менее зловещим, чем тот эльф. Проведя такое сравнение, Изабель почувствовала некоторое облегчение. За шипами и сталью, с которыми так ассоциировалась у неё манера Фенриса держать себя, точно не виделось той ядовитой зыбкости, что так и сквозила в движениях виденного убийцы — и хуже которой, по мнению принцессы, и придумать что-то было сложно. Нет, там было что-то, чему доверял Себастьян — что-то, к чему Изабель не в первый раз ловила себя на желании протянуть руку, прикоснуться, ощутить эту надежность под колкой броней. Ваэль был прав, среди старкхевенского окружения принцесса и в самом деле очень не хватало того, кто мог бы стать другом ей, а не её титулу. Она могла привезти с собой сколько угодно вещей, книг и одежды, но не могла забрать из Хасмала тех, с кем могла поговорить и посмеяться на равных, фрейлины и камеристка не в счёт. И то, что для компании такой ее жених предпочёл "поделиться" собственным другом, почти что выдать ей ключи от своего прошлого, Изабель казалось хоть и весьма рациональным, но всё-таки лестным жестом. Сколько бы такая дружба не продлилась, учитывая нетерпимость воина к размеренной церемониальности придворной жизни и те немало взволновавшие Белль слова о том, что ему "недолго осталось"...

Тем временем настало воскресенье, второй день с отъезда Риэля — и это был день, когда принцесса по обыкновению покидала замок, чтобы посетить утреннюю проповедь в главном соборе Старкхевена, а затем обязательно отправлялась в какую-нибудь церквушку поменьше, где не было такого скопления важного городского люда, и где можно было взглянуть в глаза самых обычных людей, судьбы которых скоро станут и её ответственностью тоже. Может, Себастьян и заботится о своем народе, но почти всё его внимание отнимает большая политика — а вопросам благотворительности тем более куда нужнее чуткая женская рука.

В этот раз Изабель осмелилась направиться в пригород, где в получасе езды от белокаменных стен, среди прохладных ещё по времени середины дракониса полей при церкви находился самый большой приют на территории полиса. Упряжка из четырёх серых лошадей шла ходким ровным галопом, но ко времени их прибытия полуденная служба в церкви уже закончилась, и зал был пуст — лишь чадили дымом прогоревшие за время чтения молитв жаровни. Тем не менее, безотлагательно отправляться в приют принцесса не пожелала. Оставив трёх других стражников за дверями, она в сопровождении эльфа прошла меж скамей к алтарю у ног монументальной статуи Андрасте. Скинув капюшон и преклонив колено перед Невестой Создателя, Белль зачитала недолгую молитву, улыбаясь умиротворенной тишине и совершенно уютному чувству глубокого уединения и покоя, которое охватывало ее в таких отдаленных от важности и деловой суеты святых местах. Пусть убранство этой церкви было небогатым, не чета городским соборам, но в том, как сочился свет высокого весеннего солнца сквозь цветные витражи, изображавшие сюжеты из жизни и смерти Пророчицы, высвечивая танцующие в воздухе пылинки, была какая-то своя, совершенно особенная чистота и мудрость бытия.

— Скажи, Фенрис, — тихо заговорила она, недолго посидев в молчании на передней скамье, — ты часто бываешь в церквях? В своих странствиях ты, должно быть, повидал их немало в самых разных уголках света...

+3

19

Отъезд мага откладывал дела Фенриса в долгий ящик. Больше ему не с кем было разделить поиск какой-либо информации, а самостоятельно ему было совершенно точно не справиться — не хватало знаний. В Киркволл можно было теперь совершенно точно не торопиться, а значит, можно было отдать делам Старкхевена все свое внимание, всю свою суть. Все-таки, Фенрис еще числился при дворе Ваэлей.

К, все-таки с его точки зрения это было именно так, охране принцессы Фенрис подошел со всей бдительностью. Друзей у эльфа было немного, и поставить будущую супругу Себастьяна под удар — не хотелось, равно как и подводить его. Он слабо представлял о чем ему говорить с столь высокопоставленной особой, поэтому большую часть времени просто молчал, тенью следуя за девушкой, на расстоянии положенных двух шагов за ее спиной.

Вопрос принцессы, заданный под сводами Церкови — сельской и маленькой, заставил Фенриса тяжело вздохнуть. Ему нравилась атмосфера Церкви, ему нравилось в них бывать. Был ли он андрастианином? Скорее нет, чем да. Истово не верил, но все же... Находил утешение в мыслях, что все это не просто так, потому что кому-то захотелось.

— Не так часто, моя принцесса, — после некоторых раздумий ответил эльф. Он попытался прикинуть сколько раз заходил в Церковь за последние пару лет. Выходило не очень много, — как мне бы того хотелось... Я видел взрыв киркволльской Церкви и гибель Владычицы Эльтины, — Фенрис старательно не смотрел на принцессу, разглядывая стены. — Пожалуй, часто я в них не бываю потому что... не нахожу в них столько же покоя, сколько находил там. Можно сколько угодно упрекать церковную политику относительно магов, но все же Церковь не ровняется только ей одной...А Церковь в Киркволле делала много хорошего, моя принцесса, — эльф замолк, переводя дыхание, — но да, церквей в пути я видел много. Почему вы спрашиваете, моя принцесса?

Изабель была тихой — это да, но еще она была очень вдумчивой и проницательной. Фенрис это заметил сразу и был рад за своего друга. Вместе принц и будущая принцесса Старкхевена представляли собой не только красивую пару, но и отличный политический дуэт. По-крайней мере, так это видел эльф.

+2

20

Изабель улыбнулась, услышав голос эльфа. Из-за этих своих тёмных и хмурых бровей и манеры держаться он казался тем, кто скорее промолчит, и даже его большие, непривычные для взгляда человека яркого цвета глаза не избавляли от этого ощущения — оттого слышать отклик было радостно. Но улыбка эта померкла, стоило ей услышать напоминание о случившемся в Киркволле. То было тяжелое событие, порядком огорчившее даже её, еще ни к чему причастную девочку, считай, ребенка — ей едва исполнилось одиннадцать... Подумать только, почти десять лет уже прошло. Она озадачилась поначалу: почему эльф вспомнил об этом сейчас? Когда, казалось бы, конфликт этот, от которого вздрогнул весь южный Тедас, первый в цепи роковых событий и новых ужасов, уже прошёл свой накал и решен... почти решен. Изабель мало знала о том, как продвигается дело с установлением новых порядков между магами и храмовниками, и знать не особенно стремилась, ей было достаточно одного — между ними, благодаря Инквизиции, нет больше войны. Одной причиной меньше для горьких, печальных и несправедливых смертей. Смерть Эльтины была лишь одной из таких...

Она посмотрела на лик статуи Андрасте, пытаясь представить: сколько же особенной одаренности воплощала в себе настоятельница киркволльской Церкви. Изабель слышала об Эльтине столько хорошего — и от Себастьяна, которому та стала чуть ли не духовной матерью, и от отца, и от брата, бывавшего на церковных съездах от имени правящей семьи полиса... бывает ли так, что у земной женщины нет ни единого порока, ни одной слабости, одна лишь мудрость и всепрощение? О Верховной Жрице Джустинии Пятой говорили похоже. А кто-то и вовсе считал, что и взрывы эти ужасающие, уничтожившие лучших, были связаны — и сумасшедший маг был подконтрольным этому Старшему Серым стражем. Одним из "спасителей" Тедаса, превратившихся в кару и угрозу, подгнившее, слабое место, которое обнаружил враг. Изабель снова посмотрела на Фенриса, как-то особенно четко понимая в этот момент, насколько близко он стоял ко всем этим событиям, к тем, кто для неё были лишь героями уходящих в книги историй. Дрался бок о бок, пил в одной таверне, говорил вечерами, еще не подозревая о грядущем. И осознание это завораживало. Эльф тоже был частью этой истории, даже если не настолько запомнившейся всем.

Для ее привычного мира, прежде ограниченного одним городом, одним замком, это было одновременно пугающее и притягательное понимание, ощущение мурашек от чего-то, к чему она и не загадывала никогда быть причастной. Вся эта миссия, эта выпавшая судьба была потрясением, на ходу меняющим, перековывающим её жизнь. Стать герцогиней одного из крупнейших полисов Марки, подняться не на один уровень выше маленьких дел Хасмала, имевшего дело в основном с проблемами бегущих из Тевинтера рабов... В каком-то смысле она тоже могла считать себя избранной, тронутой велением Создателя, которому понадобилось так изменить её жизнь. Изабель прекрасно понимала, что, несмотря на всю заботу и внимание, которое проявлял к ней Себастьян, несмотря на всю лестность его выбора, пропасть между ними так и останется пропастью. Себастьян был слишком высоко и далеко, снисходя к ней, словно всё к той же маленькой девочке, ребенку, словно это всё ещё была игра. Только улыбка его всё равно изменилась — глаза над ней были другими. А к игре той не прилагались супружеские обязанности. И Изабель, боясь этого возвышения, этой открывшейся перед ней дороги, только кажущейся легкой и прямой — одновременно с отчаянным любопытством желала его. Прикоснуться к тому, что происходит там, за границей её привычного существования. Стать если уж не счастливой, то хотя бы — запоминающейся. Не ради себя — но ради равенства, ради достоинства не быть безвольной голубкой в золотой клетке. Их жалость утешала её, успокаивала, отводила желание удариться в слёзы. Но она может быть чем-то большим. Может — как этот эльф рядом с нею, намного больше, чем просто эльф. Пусть и не во всём по своей воле.

— Я когда-то мечтала побывать где-то за пределами стен Хасмала. Увидеть, чем живут другие люди. Мне всегда нравилось в молельне нашего замка и в городском Соборе... И даже они были разными. С разной красотой. Но мне хотелось знать — как выглядят другие церкви? Большие и маленькие, деревенские и городские... Как они изображают Андрасте? Какие стихи поют они чаще других? Церковь — отражение души народа. Так брат Алдерион говорил, наш летописец. И я с ним согласна, — ткань платья и накидки тихо шелестнула, когда Изабель, поднявшись, подошла ближе к статуе и осторожно коснулась ладонью вырезанного в мраморе подола одеяния Пророчицы, запрокидывая голову, чтобы видеть в вышине под потолочными сводами её светлый лик. — Мне жаль слышать, что Киркволльской церкви не нашлось равной. Если ты можешь поделиться этими воспоминаниями, я буду рада узнать о ней больше, — обернувшись к Фенрису, Изабель сомкнула ладони, сплетя пальцы опущенных рук. Левая была ещё чуть холоднее от прикосновения к мрамору. — Быть может, когда-нибудь мы сможем её восстановить, — с надеждой улыбнулась девушка.

+2


Вы здесь » Dragon Age: final accord » Там лежит Бездна » Друзья в плодородных краях [Драконис 9:47]